leonardural (leonardural) wrote,
leonardural
leonardural

Однорукий рыбак – старик Хэм. Психологический портрет

Originally posted by leonardural at Однорукий рыбак – старик Хэм

В шесть моих лет я мечтал о настоящей рыбалке. Мне хотелось попасть на широкое море и поймать настоящую рыбу. Как в сказке, и попросить ее исполнить мою мечту о полете, как мне часто снилось. Мне удавалось увернуться от электрических столбов и проводов. Иногда даже обгонял больших птиц, паривших в небе. Но мама трогала за плечо и предлагала теплое утреннее молоко. И сна больше не было.

В нашем селе располагалось сельпо, так называлось заведение по сбору продуктов подворных хозяйств. Там за одно свежее яйцо, взятое  безо всякого спроса мною из-под домашней курицы, я приобрел рыболовный крючок, а за другое яйцо – леску. Палок у меня всегда хватало, и я как-то смастерил великолепную, на мой взгляд, удочку. Теперь оставалось добиться у мамы разрешения на рыбалку. Видимо, мне удалось прикинуться послушным мальчиком, и запросы у меня были  лишь до уличного пруда на местной речке, которую куры запросто переходили вброд. Но я знал, что там водится слишком мелкая рыба, которую мы часто ловили для удовольствия руками. И я пошел вдоль улицы, прошел ее, вышел по дороге в длинную гору, и в первый раз сам пошел за горизонт на полноводную реку – приток Юрюзани. Удочка за плечами, и весь мир подо мной, вот и граница с соседней областью - хутор, где живут бородатые мужики и выращивают репу. Наконец-то я один, сам на рыбалке. Первый выход в свет я начал солидно. Накопал ножичком червей на берегу. Запустил с берега удочку, сижу. Ну не клюет, ну нисколько. Обидно, не ловится совсем. Мне бы хоть какую, я был уже согласен и на простую рыбу.

Тут на телеге подъехали мужики и буквально неподалеку от меня вытащили поставленную на ночь «морду», буквально кишащую рыбой. Они подозвали меня, спросили, много ли я поймал? Видя мою кислую рожу, они догадались отсыпать в мое ведерко мелочь. Я так обрадовался, что домой приду не пустой. Видимо, думал, «золотая рыбка» мне их прислала. И зашагал домой в надежде, что мать мне их пожарит, и я буду с хрустом грызть прожаренные хвостики.

Дома меня встретила мама. Увидев мелочь в ведре, она жутко обрадовалась, взяла маленький топорик, порубила их и бросила курям. У меня чуть не потекли слезы, но я сдержался. Хотел есть, но не подавал виду, что голодный. А куры были очень рады, и быстро все склевали, но они не могли знать, откуда у меня удочка. Может, об этом догадалась мама?

А на следующий год я подготовился основательно. Бригадир в колхозе пригласил ребят на прополку свеклы. И я согласился взять целый гектар. Не слишком это детское занятие - париться под солнцем, но за неделю я как-то справился. Не зря мой дедушка учил меня сажать и копать картошку – его родной сын, мой дядя, не вернулся с войны.

А потом колхозный бригадир пригласил в правление за деньгами, неслыханными по тем временам – половину маминой зарплаты. И я решаюсь купить взрослый велосипед «ЗИФ» - Завод имени Фрунзе. Продавец мне и говорит, зачем же тебе, такому малому - велосипед, купил бы конфет, хватило бы на целый год. И я ему, пусть конфеты кушают девочки, сам ноги под рамку и уехал из магазина. Мать тоже расстроилась: лучше бы долги отдать, а то все время без денег до зарплаты сидим. Но я-то точно знал, зачем мне велосипед!

Через три дня, после того как у меня прошла боль в пояснице от постоянного верчения ужом под рамкой, я сообщил родителям, что еду на их родину к моей единственной бабушке в соседнюю деревню. Дело в том, что бабушка была строгой, но я знал много других родственников по папиной и маминой линии. Путешествие в 15 километров мне доставило большое удовольствие, особенно последний трехкилометровый  спуск в ущелье реки Ай. Я даже успел посидеть на кресле, только подтормаживал на поворотах. У бабушки попил чай медом, а младший брат отца, мой дядя показал мне своих пчел. Мне они не понравились, так и норовят укусить в затылок. А я страсть не люблю, когда кусают в затылок. Брр, до сих пор.

Остановился я у папиной сестры – моей тети. У них была большая семья – семеро детей, и выдающийся дядя Альтаф, высокий, стройный красавец, любил шутить. Жену называл «мамой», а мне устроил настоящий допрос: «Вот мы кушаем вареники – «казан кэкресен», как будет это по-русски?». Я, не моргнув глазом, все-таки учусь в русском классе, выпалил: «Котелкины пирожки». Он объяснил своим детям, вот как надо говорить по-русски. Так получилось, в конце своей жизни, он, тяжело больной, не мог уже говорить, и пальцем мне все показывал, как едят вареники, «котелкин пирожок».

Меня уложили спать на полу восьмым по счету, утром не будили на свежее молоко. Рай, да и только.

На следующий день, дядя позвал меня на рыбалку. Дело в том, что он с войны пришел с одной рукой, и ему нужен помощник. Его собственный сын всячески увиливал от этого дела, а я согласился.

Мне дал небольшую удочку, а сам взял настоящие рыболовные снасти: длиннющие удилища с большими самодельными крюками. Мы спустились вдоль длинной скалы и остановились возле поворота реки на косе. Он дал мне задание половить живцов, пока он готовил снасти. Мне казалось, живцы сами бросаются на крючок. Он приободрил меня, потрепав за затылок одной рукой. Насадил моего живчика на свой крюк, и закинул его почти до другого берега и стал потихоньку тянуть. Где-то на посередине реки удочку потянуло, и он попросил меня взять камень. Я подобрал овальный камень по руке и приготовился. Он одной левой рукой осторожно выводил рыбу на мелководье. Тут я отрезал рыбине путь и с первого раза попал ему по бошке – толстый и жирный окунь, нашшш!

И пошла удача.

Мы возвращались довольные через всю деревню: он со снастями на плечах и я с добычей на палке. Тяжело, конечно, но своя ноша не тянет. Вот, думаю, почему его сын, мой ровесник, уже не ходит на рыбалку.

Через три дня он снова позвал меня на рыбалку. На этот раз удача отвернулась от нас. Во-первых, он забыл купить курево, и оно у него кончилось сразу. Меня, конечно же, молодого погнал в магазин за тридевять земель. В магазине я проявил инициативу, вместо заказанного им «Беломор-канала», я прибавил свои деньги и купил более дорогой, как мне показалось, более красивый «Прибой». Это примерно также как, например, мне жена вместо «Аргументов и фактов» купила бы мне «Желтую газету». Он лишь высказал презрение к этому куреву, хотя я боялся, что он снова погонит в магазин, но, видимо, деньги у него кончились. До самого обеда, он безуспешно бросал крючок на тот берег, и иногда вытаскивал корягу. И все про себя ругал никудышные папиросы. Давай, говорит, свою последнюю рыбешку и пойдем домой, не судьба нам словить удачу сегодня.

На середине реки у него крючок как будто зацепился за корягу, и он сгоряча аж сматерился по-фронтовому. Меня, сына фронтовика  не смутило, но и я расстроился не на шутку, все-таки крючок из нержавеющей проволоки, да и леску миллиметровую не найдешь. И я во всем кругом виноват. Но коряга отчаянно рванула и чуть не утащила дядю в глубину. Он уперся об камни, и, играя в поддавки, задним ходом старался уйти к берегу. Крикнул мне, мол, бери камень покруче. Я нашел камень побольше, приготовился. Но когда стали подниматься волны от рыбины, меня охватил страх. В голову ему я не попал с первого раза, и шлепнулся воду, то ли от удара, то ли поскользнулся на камнях. Дядя, схватив большой камень одной рукой, сам старался оглушить рыбину, и в то же время, не попасть мне в бошку. Я думал, что мне наступает конец, и я уже тону. Но он как-то удачно попал и рыбина стихла.

У меня кончились силы, и рыбину тащил на плече мой дядя, а она хвостом волочилась по земле. Мне же достались снасти. Но на улице в деревне я тут же воспрял духом от восхищения сельчан, и дядя был довольный, даже день без курева. Большая семья встречала нас, открыв большие ворота. Рыбина оказалась щукой. Он положил ее на деревянные козлы, и распилили мы ее двуручной пилой. Из живота достали мы окуня, а в нем был щуренок. Оказалась «тройная» рыба. Каждому соседу досталось по «полену» рыбы.

Ему бы на безлюдный остров в океане, он бы выжил. И жил бы с большим удовольствием, слившись с природой, и семью бы прокормил. Уже став взрослым, я узнал его в повести Хемингуэя «Старик и море». Он писал точно про него: суровый юмор, ежедневный риск, борьба с суровой природой и неуемная жажда жизни.

Леонард Уральский
25.02.2012

Tags: Психологический портрет, Хемингуэй
Subscribe
promo leonardural july 31, 2016 03:03 11
Buy for 10 tokens
С семи утра возился с 10 метровым забором для тренировки на весь... фирма обещает по 2 тр за метр. у меня выходит за 15 тр - 10 м выходят. да труд где-то за 5 выходят. и правда, так дорого и выходит. ползабора в 72 метра - 144 тыщ. идея фикс пришла супруге. ну, а я решил проверить на…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments